закрыть

Постановление Совета улемов ДУМ РФ о закят аль-фитр в 2016 году

Совет улемов Духовного управления мусульман Российской Федерации определил закят аль-фитр в 2016 году в размере:

— для людей малоимущих — 100 р.

— для людей со средним достатком — 300 р.

— для состоятельных людей — от 500 р.

Закятуль-фитр (садакатуль-фитр, фитр садакасы)  милостыня разговения, выплачиваемая от каждого члена семьи до начала праздника Разговения (Ид-аль-фитр, Ураза-байрам). Она является заключительным условием для принятия Творцом соблюденного поста.

Фидия садака:

— минимальный размер за пропущенный день составляет 250 р.

Фидия садака  это милостыня-искупление, состоящая в том, что за каждый пропущенный день обязательного поста надо накормить одного нищего так, чтобы на него израсходовалось средств примерно столько, во сколько обходится в среднем обед (а лучше — среднесуточные затраты на питание).

RSSКонтактыПисьмо
Опции поиска:

 Полнотекстовый поиск
 Только по ключевым словам
 Слово или фразу целиком
 Каждое слово в отдельности


    

Владимирская область

История ислама во Владимирской обл. – неизученное явление. Владимиро-суздальские земли, составляющие в значительную часть совр. Владимирской обл., в течение длительного времени являлись ближайшим соседом Волжской Булгарии, в которой ислам в 922 г. был принят в качестве гос. религии, а распространяться начал гораздо раньше. Несомненен и тот факт, что мус. влияние на тер. совр. Владимирской обл. всегда было достаточно значительным (см. Связи Сев.-Вост. Руси с Волжской Булгарией). В Х–ХI вв. булгарскими купцами велась активная торговая деятельность среди финского населения Верх. Поволжья, в т. ч. Окско-Клязьминского междуречья, свидетельствами чего являются клады дирхемов. Крупнейшие из них – Муромский (11 тыс. монет и более 5 кг их обломков), Борковский (ок. 500 монет). Содержатся булгарские дирхемы и в погребениях (см. Мурома в сфере раннесредневековой восточной торговли).

Использовалась тер. совр. Владимирской обл. мус. купцами и для транзита, в т. ч. на тер. совр. Московской обл, где найдено 11 кладов куфических монет IX–X вв. по р. Оке и 4 – в сред. течении Москвы-реки. Доказательством особо доверительных отношений волжских булгар с окскими финнами (меря, мурома), населявшими тер. совр. Владимирской обл. до включения этих земель в орбиту русской государственности, является факт массовой миграции этого финского населения в Х–ХI вв. на тер. Волжской Булгарии, фиксируемый как археологически, так и летописными источниками. В «Сказании о царстве Казанском» говорится: «Наполни такими людьми землю ту еще ина черемиса, зовемая отяки, тое же глаголют ростовская чернь, забежавши та от крещения русского в болгарских жилищах». Е. П. Казаков связывает исход части мери и веси как с бегством от христианизации, так и с волнениями конца XI в. в Суздальской земле.

В XI в. с образованием русских княжеств на тер. совр. Владимирской обл. наступает летописный период фиксации мус. (булгарского) влияния на данных землях; в силу определенной ангажированности летописцев основное внимание в этих отношениях уделялось военным аспектам. В татарской общине Владимирской обл. с этим периодом связан мифологический сюжет о якобы построенной Андреем Боголюбским мечети в г. Владимире для своей жены-булгарки. Несмотря на свою гротескность, этот сюжет показывает степень укорененности мусульман на владимирской земле и возведение ими своих корней к периоду основания города.

В последовавший после 1238 г. ордынский период интенсивность мус. влияния в разл. русских княж-вах резко возрастает. Это связано в т. ч. и с наличием в ряде городов баскаков, и с присутствием таких особых образований, как тьмы. Некоторые исследователи (К. А. Аверьянов) указывают на существование подобной тьмы и в г. Муроме, где, по их мнению, находилась в те годы резиденция «вел. баскака Владимирского»; доказательной базой для данного предположения является найденный в XIX в. в г. Муроме фрагмент баскаческой печати. В литературе (Г. Вернадский) упоминается также Владимирская тьма. Учитывая тот факт, что в ряде великокняжеских столиц размещались ханские подворья, можно гипотетически предположить наличие подобной резиденции и в г. Владимире. Об активных торговых, культурных и политич. связях владимирской земли с Золотой Ордой и др. гос-вами Востока говорят многочисленные археологические свидетельства (см. Связи Сев.-Вост. Руси со странами Востока в X–XIV вв.).

В связи с ослаблением центр. власти в Орде часть татарских феодалов переходила на службу к русским князьям. Вследствие этого в разл. местах совр. Центр. России образовался ряд татарских анклавов, население которых впоследствии стало известно как служилые татары. Одним из мест поселения служилых татар явился участок на стыке Владимирской и Ивановской обл. (Вязниковский, Ландехский и др. р-ны), где в XV–XVI вв. проживали мугреевские татары.

В постордынский период часть тер. Владимирской обл. относилась к т. н. Казанской украине. Особам царской крови отдавались в кормление города, одним из которых был Юрьев-Польский, где сидели быв. казанский хан Абдул-Латиф б. Ибрагим, астраханский царевич Гайбулла б. Аккубек. Активно привлекались татарские феодалы и в качестве воевод. Так, в г. Владимире в 1537 г. сидел на воеводстве царь Шигалей [Шах-Али б. Шейх-Аулиар], в 1541 г. – он же: «шибанский царевич Шиалей (Шигалей Шиговлиарович) да Магмет мирза Камбар Мурзин (Мемет мирза Канбар Мурзин)»; в 1608 г. – кн. Третья Сеитов. В Муроме – в 1505 г. воеводы «Большого полка царевичи Салтаган да Зенай» (Дзенай, Янай – см. Джанай б. Нур-Даулет). Царевич Джнай был воеводой Большого полка в октябре 1506 г. и в передовом полку в ноябре этого года. В Муроме в июне 1520 г. «в царев приход, как царь крымский Магмет-Гирей, Менгли-Гиреев сын, реку Оку перелез, а в те поры воеводы были по берегу: царевич Акдовлет Ахтуртов (Окдевлет Ахкуртаев, Охдевлет Ахкуртов) сын». В Юрьеве-Польском, помимо уже упомянутых Чингизидов, отмечается сын касимовского хана Ураз-Мухаммеда – Магомет-Мурат (Мухаммед-Мурад, 1609 г.). Кроме того, в списке воевод упоминается ряд персон с непонятной этноконфессиональной принадлежностью (Мурза Ковалев, Омшан Бобоедов и т. д.).

К тому же времени относится датированная 1534 г. грамота по спорному делу о сельце и деревне, проданных Шарапом Баскаковым Троицкому Махрищскому монастырю. Имеются упоминания тюрко-мус. имен и фамилий в документах, относящихся к др. населенных пунктам совр. Владимирской обл.

К периоду, предшествующему ликвидации мус. помещичьего землевладения, относится упоминание о поместьях дворян-мусульман Кулчюмовых в Суздале, Семендеровых и Шейдяковых в Ростове, Тевкелевых во Владимирском уезде, Чегодаевых в Муромском уезде.

Постоянное мус. население в регионе фиксируется с XIX в. В гг. Владимире и Муроме существовали места компактного проживания мусульман, гл. образом татар. По утверждению А. К. Тихонова, в р-не совр. Тракторного завода в г. Владимире существовала Татарская слобода – компактное расселение татар, исчезнувшее не ранее 1940-х гг. Известно также, что в 1877–78 гг. в г. Владимире проживало большое число турецких военнопленных. В 1886–91 гг. начальником Муромского гарнизона являлся Туганов Х. А. По переписи 1897 г., во Владимирской губ., куда также водила большая часть совр. Ивановской обл., проживало мусульман 353 мужчины и 32 женщины, что соответствовало 0,03% всего населения губернии.

Основной приток мус. населения пришелся на сов. период истории, когда на промышленные предприятия Владимирской обл. вербовали татар Горьковской обл., Чувашии и Мордовии. Известно о существовании незарегистрированных мус. общин в гг. Владимир и Муром в сов. период.

Одной из причин, серьезно затрудняющих поиски истоков мус. общины г. Владимира, является подтверждаемый архивистами факт отсутствия выделенных мус. участков на кладбищах города, по крайней мере на протяжении XVIII–ХХ вв.

При полевых исследованиях был выявлен сов. период существования мус. общины в г. Владимире. Известны имя и регион происхождения неофициального муллы мус. общины г. Владимира до 1946 г.: Фаттях-хазрат (Фатах), уроженец Пензенской обл. (или Мордовии). Начиная с 1946 г., неофициальными имамами г. Владимира являлись представители семьи Сафиных – выходцев из с. Тат. Маклаково Спасского р-на Горьковской обл., переехавшие в г. Владимир в 1946 г.: Исмаил, Яхья Абдулла-углы, Шакер, Хамзя. Представители этой же династии оказали значительное влияние и на институционализацию совр. мус. общины г. Владимира. Молитвенные собрания проводились в доме Шакера Сафина по адресу: ул. Добросельская, 152, до тех пор, пока в 1992 г. ему как ветерану не была выделена квартира. На праздники собиралось по 60–70 чел.; несмотря на то что такое скопление народа не могло остаться незамеченным, городские власти на это не реагировали.

Новый, совр. этап существования мус. общины Владимирской обл. начался в кон. 1980-х гг.

 

Мусульманская община Владимирской области

Владимиро-суздальские земли, составляющие значительную часть современной Владимирской области, в течение длительного времени являлись ближайшим соседом Волжской Булгарии, в которой Ислам в 922 году был принят в качестве государственной религии, а распространяться начал гораздо раньше. Несомненен и тот факт, что мусульманское влияние на территорию современной Владимирской области всегда было достаточно значительным. В Х–ХI веках булгарскими купцами велась активная торговая деятельность среди финского населения Верхнего Поволжья, в том числе Окско-Клязьминского междуречья, свидетельствами чего являются клады дирхемов. Крупнейшие из них — Муромский (11 тысяч монет и более 5 кг их обломков), Борковский (около 500 монет). Содержатся булгарские дирхемы и в погребениях.

Использовалась территория Владимирской области мусульманскими купцами и для транзита, в том числе на территорию Подмосковья, где найдено 11 кладов куфических монет IX–X веков по реке Оке и 4 — в среднем течении Москвы-реки. Доказательством особо доверительных отношений волжских булгар с окскими финнами (меря, мурома), населявшими территорию нынешней Владимирской области до включения этих земель в орбиту русской государственности, является факт массовой миграции этого финского населения в Х–ХI веках в Волжскую Булгарию, фиксируемый как археологически, так и летописными источниками. В «Сказании о царстве Казанском» говорится: «Наполни такими людьми землю ту еще ина черемиса, зовемая отяки, тое же глаголют ростовская чернь, забежавши та от крещения русского в болгарских жилищах». Е. П. Казаков связывает исход части мери и веси как с бегством от христианизации, так и с волнениями конца XI века в Суздальской земле.

В XI веке с образованием русских княжеств на территории Владимирской области наступает летописный период фиксации мусульманского (булгарского) влияния на данных землях; в силу определенной ангажированности летописцев основное внимание в этих отношениях уделялось военным аспектам. В татарской общине Владимирской области с этим периодом связан мифологический сюжет о якобы построенной Андреем Боголюбским мечети во Владимире для своей жены-булгарки. Несмотря на свою гротескность, этот сюжет показывает степень укорененности мусульман на владимирской земле и возведение ими своих корней к периоду основания города.

В последовавший после 1238 года ордынский период интенсивность мусульманского влияния в различных русских княжествах резко возрастает. Это связано в том числе и с наличием в ряде городов баскаков, и с присутствием таких особых образований, как тьма. Некоторые исследователи (К. А. Аверьянов) указывают на существование подобной тьмы и в г. Муроме, где, по их мнению, находилась в те годы резиденция «великого баскака Владимирского». Доказательной базой для данного предположения является найденный в XIX веке в Муроме фрагмент баскаческой печати. В литературе (Г. Вернадский) упоминается также Владимирская тьма. Учитывая тот факт, что в ряде великокняжеских столиц размещались ханские подворья, можно гипотетически предположить наличие подобной резиденции и во Владимире. Об активных торговых, культурных и политических связях владимирской земли с Золотой Ордой и другими государствами Востока говорят многочисленные археологические свидетельства.

В связи с ослаблением центральной власти в Орде часть татарских феодалов переходила на службу к русским князьям. Вследствие этого в различных местах современной Центральной России образовался ряд татарских анклавов, население которых впоследствии стало известно как служилые татары. Одним из мест поселения служилых татар явился участок на стыке Владимирской и Ивановской областей (Вязниковский, Ландехский и другие районы), где в XV–XVI веках проживали мугреевские татары.

В постордынский период часть территории Владимирской области относилась к так называемой Казанской украине. Особам царской крови отдавались в кормление города, одним из которых был Юрьев‑Польский, где сидели бывший казанский хан Абдул-Латиф бин Ибрагим, астраханский царевич Гайбулла бин Аккубек. Активно привлекались татарские феодалы и в качестве воевод. Так, во Владимире в 1537 году сидел на воеводстве царь Шигалей [Шах-Али бин Шейх-Аулиар], в 1541 году — он же: «шибанский царевич Шиалей (Шигалей Шиговлиарович) да Магмет мирза Камбар Мурзин (Мемет мирза Канбар Мурзин)»; в 1608 году — князь Третья Сеитов. В Муроме в 1505 году — воеводы «Большого полка царевичи Салтаган да Зенай» (Джанай бин Нур-Даулет). Царевич Джанай же был воеводой Большого полка в октябре 1506 года и в передовом полку в ноябре этого года. В Муроме в июне 1520 года «в царев приход, как царь крымский Магмет-Гирей, Менгли-Гиреев сын, реку Оку перелез, а в те поры воеводы были по берегу: царевич Акдовлет Ахтуртов сын». В Юрьев‑Польском, помимо уже упомянутых Чингизидов, отмечается сын касимовского хана Кроме того, (1609 год). Магомет-Мурат — Ураз-Мухаммеда в списке воевод упоминается ряд персон с непонятной этноконфессиональной принадлежностью (Мурза Ковалев, Омшан Бобоедов и т. д.).

К тому же времени относится датированная 1534 годом грамота по спорному делу о сельце и деревне, проданных Шарапом Баскаковым Троицкому Махрищскому монастырю. Имеются упоминания тюрко-мусульманских имен и фамилий в документах, относящихся к другим населенных пунктам современной Владимирской области.

К периоду, предшествующему ликвидации мусульманского помещичьего землевладения, относится упоминание о поместьях дворян-мусульман Кулчюмовых в Суздале, Семендеровых и Шейдяковых в Ростове, Тевкелевых во Владимирском уезде, Чегодаевых в Муромском уезде.

Постоянное мусульманское население в регионе фиксируется с XIX века. В городах Владимир и Муром существовали места компактного проживания мусульман, главным образом татар. По утверждению д. и.н. А. К. Тихонова, в районе современного Тракторного завода в г.  Владимире существовала Татарская слобода  — компактное расселение татар, исчезнувшее не ранее 1940‑х годов. Известно также, что в 1877–1878 годах во Владимире проживало большое число турецких военнопленных. В 1886–1891 годах начальником Муромского гарнизона являлся Хамби Туганов (1838–1917), выходец из мусульманской семьи, сын первого генерала-осетина Асламбека Туганова. По переписи 1897 года во Владимирской губернии проживало мусульман: 353 мужчин и 32 женщины.

Основной приток мусульманского населения пришелся на советский период истории, когда на промышленные предприятия Владимирской области вербовали татар из Горьковской области, Чувашии и Мордовии. Известно о существовании незарегистрированных мусульманских общин во Владимире и Муроме в советский период.

При полевых исследованиях был выявлен советский период существования мусульманской общины во Владимире. Известны имя и регион происхождения неофициального муллы Владимира до 1946 года: Фаттях-хазрат (Фатах), уроженец Пензенской области или Мордовии. Начиная с 1946 года, неофициальными имамами Владимира являлись представители семьи Сафиных — выходцев из с. Татарское Маклаково Спасского района Горьковской области, переехавшие во Владимир в 1946 году: Исмаил, Яхья Абдулла-углы, Шакер, Хамзя. Представители этой же династии оказали значительное влияние и на институционализацию современной мусульманской общины Владимира. Молитвенные собрания проводились в доме Шакера Сафина по адресу: ул. Добросельская, дом 152, до тех пор, пока в 1992 году ему как ветерану не была выделена квартира. На праздники собиралось по 60–70 человек; несмотря на то что такое скопление народа не могло остаться незамеченным, городские власти на это не реагировали.

Новый, современный этап существования мусульманской общины Владимирской области начался в конце 1980‑х годов. Согласно переписи 1989 года, в области из мусульманских этносов проживали татары (9,2 тысячи человек, или 0,56% населения области, третье место из всех наций), азербайджанцы (1,9 тысячи), казахи (1,2 тысячи), узбеки (1,1 тысячи).

В межпереписной период 1989–2002 годов произошло сокращение населения области на 124,7 тысячи человек. Несмотря на это, переписью 2002 года фиксируется рост мусульманского населения: общее число представителей мусульманских народов составило 16,7 тысячи человек, что соответствовало 1,1% населения области.

По-прежнему самым крупным мусульманским этносом области являлись татары, численность которых, по данным переписи 2002 года, снизилась до 8,7 тысячи человек (хотя на фоне общей депопуляции в регионе доля татар чуть выросла до 0,57%); суммарная численность вместе с близкородственными башкирами составила 9,4 тысячи человек. Наряду с этими данными существует также мнение о трехкратном занижении численности татар в 2002 году переписчиками. В числе факторов, повлиявших на увеличение татарского населения региона, называется миграционный прирост из Средней Азии и районов Крайнего Севера.

Татарская община является наиболее древней и укорененной из остальных мусульманских этносов на владимирской земле. Однако дальнейшая судьба локальных групп средневековых служилых татар Юрьева-Польского и мугреевских неизвестна. Не изучено формирование татарской общины Владимирской области и в Новое время. Известно лишь, что не позже XIX века в регионе сложились места компактного расселения татар в городах Владимир и Муром, причем в последнем (находилось в районе Фанерный) оно перестало существовать сравнительно недавно. Наиболее значительный его пласт возник за счет приезжих уже в советское время. При этом во многих населенных пунктах татарское население состоит из выходцев из определенных местностей. Так, в татарской общине Мурома преобладают выходцы из Спасского района Нижегородской области и Чувашии, в Камешковском районе — из Лямбирьского района Мордовии и с. Шигырданы Чувашии. В 1950–1980‑х годах значительную роль в татарской общине г. Владимира играли выходцы из Спасского района Нижегородчины.

Татары сыграли ведущую роль в институционализации мусульманской общины, образовав РОМ «Махалля» и другие структуры. Наиболее активны татары и в социальном плане.

являются азербайджанцы, этносом размерам по Следующим численность которых оценивалась переписью 2002 года в 3,1 тысячи человек (0,2% населения). По оценкам, в настоящее время эту цифру можно увеличивать в 3–4 раза, причем это касается только азербайджанцев — российских граждан. В религиозном плане до 70% владимирских азербайджанцев составляют шииты. Шиитская община Владимирской области, руководимая Хикметом Алиширин-оглы Мамедовым, достаточно активна и оказывает серьезное воздействие на азербайджанское население региона. В ее деятельности наблюдается некоторая двойственность — сотрудничая с РОМ «Махалля», она проявляет известную обособленность от последней. Официальную регистрацию шиитская община получить не смогла, что не мешает ей проявлять активность в социальном плане.

Несмотря на уменьшение численности в межпереписной период, община выходцев из Центральной Азии становится на сегодняшний день наиболее быстрорастущей мусульманской общностью в регионе. Общая ее численность по переписи 2002 года составила 2 тысячи человек, из которых выделялись узбеки (0,8 тыс.), таджики (0,5 тыс.), казахи (0,4 тыс.), туркмены (0,2 тыс.) и киргизы (0,1 тыс.). При этом все мусульманские лидеры региона, непосредственно работающие с населением, выразили сомнение в соответствии указанных цифр действительности. По мнению Р. Ибрагимова, перепись занижала показатели по узбекам и таджикам. Кроме того, следует учитывать не зафиксированных по переписи условно временных и трудовых мигрантов, среди которых преобладают узбеки и таджики. Так, только на тракторном заводе трудятся более 300 узбеков, еще большее их число занято в системе ЖКХ и сельском хозяйстве. Выходцев из данного региона отличает высокая степень религиозности. Ввиду этнической и культурной близости узбеков и татар интеграция узбекского населения в российский социум значительно ускоряется в общинах с татарским доминированием, что наглядно видно именно во Владимирской области.

Ринат Ибрагимов религиозный деятель, имам г. Владимира с 2007 года. (23.09.1984 г.р.) — Родился в с. Старый Мастяк Старокулаткинского района Ульяновской области. В 2007 году окончил Российский исламский университет (Уфа), вскоре после этого был приглашен на работу имамом г. Владимира в РОМ «Махалля». С 2011 года — председатель и имам-мухтасиб ЦРОМ «Мухтасибат Владимирской области», пишет дипом на базе РАГС при Президенте РФ.

Общая численность дагестанцев в регионе составляла 1,3 тысячи человек, из которых выделялись лезгины (0,4 тыс.), аварцы (0,3 тыс.), даргинцы (0,2 тыс.), и кумыки (0,1 тыс.). Вайнахская община составляла в 2002 году 0,5 тысячи человек, из них 0,4 тыс. чеченцев. Мусульман из стран дальнего зарубежья (турки, арабы) в регионе немного — 0,2 тысячи человек. Община выходцев из Северо-Западного Кавказа также немногочисленна (0,2 тысячи человек).

По альтернативным итоговым оценкам, численность мусульманской общины области приближается к 50 тысячам человек: Камешкове — в 9 тысяч, — 12 тысяч, в Коврове — во Владимире 4 тысячи, в Муроме — 3 тысячи, в Кольчугине, Вязниках, Гороховце, Александрове, Киржаче, Юрьев‑Польском и Гусь-Хрустальном — примерно по 1 тысяче. Немалое число мусульман также проживает в сельской местности. Община имеет тенденцию к неуклонному росту, особенно в связи с сокращением трудоспособного населения региона.

Мусульманская община региона достаточно рано приступила к своей институционализации. В качестве исламского культурного центра община г. Коврова была зарегистрирована уже в 1988 году, в это же время оформилась в качестве татарского общественного центра мусульманская община г. Владимира. Последняя уже в 1992 году была зарегистрирована как РОМ «Махалля» (одноименные владимирская и ивановская РОМ были зарегистрированы в один год и стали первыми религиозными организациями мусульман в Центральном федеральном округе за пределами Москвы и Московской области). В 2007 году была зарегистрирована РОМ в Муроме. К 2009 году во Владимирской области насчитывалось 3 зарегистрированные мусульманские религиозные организации (Владимир, Ковров, Муром) и несколько религиозных групп, образованных по территориальному и этническому признакам (среди последних — одна шиитская азербайджанская). В 2011 году была зарегистрирована Централизованная религиозная организация мусульман «Мухтасибат Владимирской области» в составе Духовного управления мусульман Европейской части России (ДУМЕР) во главе с Ринатом Ибрагимовым.

Мусульманская община Владимирской области предпринимает усилия по своей социализации, причем основной объем этой работы приходится на РОМ «Махалля» г. Владимира, которая в последнее время добилась заметных успехов на этом пути.

Ахмед Макаров,
ответственный редактор серии словарей
«Ислам в Российской Федерации»

 

м

 

 

Система Orphus
ИТОГИ
Интерактивная карта ислама в России

© Духовное управление мусульман Российской Федерации, 2019 г.

При использовании материалов сайта гиперссылка на www.dumrf.ru обязательна